Chocolate Frogs

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Chocolate Frogs » 1991 - 1995 гг. » Чай с мозгошмыгами


Чай с мозгошмыгами

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Название истории:
Чай с мозгошмыгами
Герои:
Полумна Лавгуд, Ремус Люпин
Дата и место:
Хоггвартс, сентябрь 1993 года
Предисловие:
Полумна волнуется за профессора Люпина, ведь вокруг него так много мозгошмыгов! Нужно срочно ему помочь. 

+1

2

http://chocolatefrogs.rusff.ru/i/blank.gif  Занятия профессора Люпина всегда нравились Полумне. В отличие от профессора Снейпа, который своей аурой таинственной мрачности немного пугал, он, наоборот, располагал к себе тихим, спокойным голосом и мягкой уверенностью манер.
   На занятиях профессора Люпина мисс Лавгуд ведет себя идеально: она сидит, подперев кулачком щеку, и завороженно слушает, не забывая аккуратно конспектировать. Но сегодня что-то не так. Что-то тревожит девушку, не давая погрузиться в лекцию.
   Профессор читает лекцию, Полумна витает в облаках, ища причину своего беспокойства. Она перебирает варианты один за другим, большинство из них отвергая. Банальные – вроде простуды или плохого настроения ей даже не приходят в голову, потому что из-за них не может быть такого серьезного расстройства. И Полумна очень-очень жалеет, что на занятия нельзя ходить в спектральных очках, потому что иначе ей не выяснить, какие мозгошмыги вьются вокруг профессора Люпина. Никто не верит в них, а потому не хочет изучать. И очень зря, потому что мозгошмыги бывают разных видов и могут вызывать совершенно разное размягчение мозга. Все кажется таким запутанным, словно клубок, попавший в лапки игривому котенку, поэтому-то Луна, увлекшись разгадкой, не слышит звонка. Она слишком погрузилась в свой мир, где все вокруг пронизано тончайшими нитями волшебства и населено всевозможными существами, которые могут вредить так незаметно, что до обидного легко упустить. Что Полумне до какого-то звонка, если на кону сейчас так много? Она не замечает даже того, что, увлекшись, умудрилась перепачкать чернилами руку. Сине-фиолетовое пятно красуется и на бледной щеке, которую еще несколько минут назад девушка подпирала чумазым кулачком.
   Класс постепенно, но, надо сказать, быстро пустеет. Все товарищи разбегаются по своим делам, ведь в короткий перерыв между двумя занятиями хочется вместить целую жизнь. И, увы, почему-то никому не приходит в голову хотя бы тронуть за плечо странную девушку, в одиночестве устроившуюся в уголке за самой последней партой. Но Луна на подобное никогда не обижается – в половине случаев она даже и не замечает этого. Разве что только еще сильнее ценит тех, кого считает друзьями – Невилла, Джинни, Гарри и даже занудную Гермиону. Мысли перескакивают, словно кузнечики, с одного на другое, и вот уже Полумна думает о том, есть ли у профессора Люпина друзья, которые помогли бы ему справиться с мозгошмыгами? Это ведь очень, очень важно, ведь пораженный мозг так нуждается в подпитке положительными эмоциями. А от чего их может быть больше, чем от общения с друзьями?

0

3

Хогвартс всё помнит. Каждую мелочь, каждую деталь, каждый поступок, который когда-либо происходил в школе, помнят толстые стены, помнят рыцарские доспехи, помнят каменные полы и волшебный потолок Большого зала.
Ремусу тоже пришлось вспомнить. Стоило ему оказаться снова там, где прошли лучшие годы его жизни, полные приключений, азарта, веселья и наивных надежд, как мужчина понял, что все его воспоминания вдруг оживились. То, что заснуло на время, сейчас снова норовило воскреснуть в его душе, и Люпин пока не понимал, нравится ли ему это.
Вести уроки – непривычно. Он не учитель, никогда им не был, не знал, как им быть. каждый свой урок он планировал, заранее зная, что всё пойдёт не по плану. Ведь это дети, их действия невозможно предугадать. Но мужчине повезло, его приняли, а он, в свою очередь, уже полюбил всех их. Оборотень действительно хотел дать им то, что только мог, научить тому, что сам он знал и умел.
Очень часто лекции постепенно съезжали на случаи из частной практики, ведь с наглядным примером детям интереснее и понятнее. Правда, не такие уж они дети. Во всяком случае – не все.
К огромному сожалению, кроме студентом приходилось видеться ещё и с коллегами. И далеко не все они были рады Люпину. Северус, напомнивший за завтраком об аконитовом зелье, смог испортить настроение на весь оставшийся день. И ведь Люпин не мог кому-то высказать то, что было в душе. Он не мог выразить недовольство, пожаловаться. Кому и на что? Некому. Не на что. Приходилось молча сносить колкие замечания. Но не страшно. Урок закончится, после него будет время на чай и кусочек шоколада, это должно помочь.
- Главное помните, что щитовые чары – не всегда лучшая стратегия. Иногда гораздо умнее будет использовать физический объект, преграду, дабы спрятаться от атаки противника, - закончил он лекцию под звуки звонка. – Спасибо за урок, можете быть свободны.
Ученики поспешно покидали класс, что-то увлечённо обсуждая, но когда сам профессор собрался уйти из кабинета, он заметил,  что одна из учениц так и осталась сидеть на месте. Мисс Лавгуд, мужчина прекрасно помнил её. Чаще всего одна, мечтательная, несколько странная. Именно о таких, должно быть, говорят – не от мира сего. Но самому Люпину казалось, что сказать о ней «странная» - неправильно. Не то. Скорее, необычная. Эта девочка, Ремус был уверен, понимает гораздо больше своих сокурсников, это было видно по сданным ею эссе. Она смотрит гораздо дальше. Но что показалось мужчине непонятным, почему её никто не позвал? Да, во время учёбы в Хогвартсе у него бывали периоды, когда он уходил в себя, но всегда были мародёры, готовые подтолкнуть к выходу, а тут… Девочку просто оставили.
«И тебя оставили, Лунатик…» - намекнул внутренний голос, а Рем, отмахнувшись от него, тихо вздохнул и опустился на стул рядом с девочкой.
- Полумна, - негромко позвал её, мягко касаясь плеча. Мужчина не любил обращения по фамилиям, поэтому очень старался выучить всех, дабы была возможность обращаться к ученикам по именам. – Урок уже окончен, ты можешь идти.
В ответ была тишина.

- У тебя что-то случилось? Может, я могу помочь? – спросил Люпин, убирая в сторону старенький саквояж, где теперь находились собранные пергаментные свитки. – Если не хочется никуда идти… Могу предложить тебе чаю, как ты на это смотришь?

+1

4

http://chocolatefrogs.rusff.ru/i/blank.gif   Шум и веселый гомон, с которым сборная из двух факультетов собирает свои вещи, чтобы выскочить из класса, трогает Полумну не намного больше, чем звонок. Все торопятся поскорее покинуть класс, потому что в короткий промежуток между занятиями так хочется вместить целую жизнь. Мисс Лавгуд же спокойна, будто море в штиль. Она словно находится за тончайшей и оттого невидимой, но очень крепкой оболочкой, защищающей ее от внешнего мира. Кто возвел ее и когда? Сама Луна в детстве? Или чуть позже, уже в Хоггвартсе? Или, быть может, она родилась вместе с ней? Неясно, но Полумна такая, какая есть. И ничуть не грустит от того
   Перепачканный в чернилах кулачок снова подпирает бледную щеку, попутно украсив ее новым сине-фиолетовым пятном. А на палец второй руки девушка наматывает прядь светлых волос, в задумчивости морща лоб. Чужого присутствия совсем рядом она не ощущает до тех пор, пока на худенькое плечико не ложится теплая широкая ладонь. Полумна улыбается, потому что это ощущение ей уже знакомо. Можно представить на секунду, что это отец рядом, ведь он всегда именно так привлекал к себе внимание дочери – едва ощутимым касанием и мягким окликом. Но это не Ксенофилиус Лавгуд.
   - Разве? – немного рассеянно хлопает глазами Луна. Только сейчас она замечает, что в классе никого нет, кроме нее и профессора Люпина. Это был шанс как-то завязать разговор, чтобы он позволил помочь себе. Товарищи по факультету почему-то так часто смеялись, когда девушка заводила разговор о мозгошмыгах, нарглах или других редких существах, что она сейчас и не знает, с чего начать. Все слишком серьезно для того, чтобы оплошать. Хотя профессор Люпин и не казался тем человеком, что посмеется над другим… Полумна тяжело вздыхает, пальчиком рисуя витиеватые узоры на парте.
   Кажется, само Провиденье было сегодня на стороне ее и профессора, хотя он своего блага пока и не сознает. Мужчина сам заводит разговор в нужное русло, остается только кивнуть.
   - Нет, ничего не случилось, - пожимает плечами девушка. – Но это ведь не так плохо, правда, профессор? – Луна пристально смотрит на преподавателя и на выдохе задает мучивший ее все занятие вопрос. – А у Вас? – она протягивает тонкую ручку и что-то ловит возле самого лица профессора, словно муху. – Вокруг Вас вьется так много мозгошмыгов, что кажется, будто Вы очень устали или чем-то расстроены? – получается полувопросительно. Девушка чуть заметно склоняет голову к плечу, рассматривая профессора Люпина. Будто может что-то прочесть по его лицу, мимике, жестам или действительно видит каких-то чудных существ, которые могли бы ей подсказать. Хотя усталость, застаревшая, как позабытое пятно, видна и невооруженным взглядом. – Положительно, - кивает Полумна, отчего светлые пряди в полном беспорядке рассыпаются по плечам. Когда мама была жива, она всегда заплетала их в косу или какую-нибудь причудливую прическу. Но сама девушка попросту забывает об этом, потому что у нее слишком уж много важных, как ей кажется, дел. – Чай с шоколадом очень помогает ото всего. Папа говорит, что даже от мозгошмыгов. Иногда, если разделить его с кем-нибудь. Вы ведь хотите чая? – Луне хочется выпить чая с профессором, хочется как-то помочь, но она не станет настаивать и навязываться. Она не будет лезть в душу.

0

5

Кажется, Полумна действительно была в  порядке. В гораздо большем порядке, чем сам профессор. Ремус прекрасно понимал, как комично и контрастно они сейчас смотрятся. Перепачканная чернилами девочка, взгляд которой чем-то напоминал дымку внутри шара Трелони, под этим взглядом не хотелось утаивать, выдумывать что-то. Сам Люпин – потрёпанный во всех смыслах этого слова: вид, одежда, даже волосы из-за привычки зарываться в них рукой были в совершенном беспорядке. Девочка, которая искренне верит в жизнь, и тридцатилетний старик, который в ней успел разочароваться.
- Отсутствие плохого – уже хорошо, - согласно кивает Лунатик, несколько удивлённо проследив взглядом за рукой Полумны. Та будто попыталась поймать что-то у его лица, однако это самое «что-то» было скрыто от глаз оборотня.
- Мозгошмыги? – Люпин слегка улыбается,  правда улыбка выходит грустной. Он читал «Придиру» и примерно понимает, о чём говорит Лавгуд. Нет, он не считает, никогда не считал это глупостью. Пусть Ксено Лавгуд называет это мозгошмыгами, Люпин же предпочитал понятие – переизбыток мыслей, приводящий к осложнению в виде самокопания. Мозгошмыги – звучит короче.
- Должно быть, ты права, и всё дело именно в них, - вздохнул Люпин, - А я думал, мне просто нездоровится.
Мужчина чуть пожал плечами, хотя это движение было больше похоже на то, что он скинул с себя малую толику напряжения и тяжести.
- И хотя плохого у меня тоже ничего не случилось, от чая с шоколадом я бы точно не отказался. – Мужчина поднялся с места, успев подхватить саквояж, после чего дружеским и понятным на всех языках жестом позвал Полумну следовать за ним в кабинет, что находился над классом Защиты от тёмных искусств.
Кабинет встретил пришедших зажжённым камином и немного приглушённым светом, причиной чему были задёрнутые с утра шторы. Люпин взял себе за правило закрывать их, дабы ночью не видеть луны, даже если это лишь тоненькая полочка месяца. Но сейчас он отдёрнул шторы взмахом палочки, впуская в кабинет солнечные лучи, заплясавшие на клетчатом пледе.
- Ты немного разукрасила себя, - Ремус указал на небольшое зеркало над раковиной, а сам поставил на огонь чайник. На столе появились две чашки, заварник и вазочка со сладостями. Пришлось запастись, чтобы в какой-то момент не остаться без антидепрессанта.
- Угощайся, - Люпин кивнул на сладости и указал на один из стульев, поспешно перекладывая книги со стола на диван. В последний раз к нему заглядывал Гарри. Но Ремус был бы вовсе не против принимать у себя гостей чаще. Пока же приходилось самому ходить к Хагриду или МакГонагалл, дабы скрасить одинокие вечера.
Дождавшись, пока Полумна сядет, Ремус опустился напротив, разливая горячий чай по чашкам.
- Так что там, ты говоришь, с мозгошмыгами?

0

6

http://chocolatefrogs.rusff.ru/i/blank.gif  - Конечно, - серьезно говорит Полумна. – Отсутствие плохих новостей уже дает надежду.
   А иногда этого было уже много. Она хорошо знает это, ведь для того, чтобы выкарабкаться, нужно знать, что ночь особенно темна перед рассветом, но день непременно наступит.
   - Да, - с прежней серьезностью кивает девушка, немного растерянно пожимая плечами. В мозгошмыгов не верят не только ровесники, но профессора, которые в силу опыта должны были понять, как все серьезно. Ведь пораженный человек начинает копаться в себе, становится мнительным из-за разжижения мозга и способен наделать немало глупостей. Луна улыбается краешками губ, потому что, кажется, профессор Люпин совершенно серьезно говорит о том, что верит ей. На лице его нет усмешки, нет раздражения от того, что она несет полную чушь. Это уже хорошо.
   - От них и нездоровится, - снова абсолютно серьезно говорит девушка. – Только нездоровится не телу – а мозгу и душе. Вы ведь знаете, что многие болезни происходят от дурных мыслей и переживаний? Мне мама всегда говорила, что нужно стараться всегда улыбаться и меньше грустить, чтобы не болеть.
   Сейчас даже при словах о матери, погибшей, как иногда казалось Полумне, давным-давно, выражение личика девушки не меняется, оставаясь по-прежнему безмятежным. Только рука незаметным движением касается того места на плече, куда угодил то ли какой-то осколок, то ли еще что-то в том взрыве. Малышка и не думала тогда, не понимала, что произошло…
   - Разве можно не любить шоколад? – улыбается Луна. Она любит – молочный, с орехами, но можно и любой другой. – А какой Вам нравится больше всего?
   Перед тем, как уйти вслед за профессором из класса, девушка торопливо и не совсем аккуратно смахивает все то, что лежало на парте, в сумку. Потом разберет. В сторону кабинета девушка идет чуть пританцовывая, легко и стремительно.
   В кабинете тепло, от зажжённого камина исходит мягкий теплый свет, озаряющий комнату, в которой почему-то остаются задернутыми шторы. Полумна с любопытством осматривается, про себя отмечая, что такой приглушенный сумрак ей даже нравится: так почему-то уютнее.
   - Я? – девушка хлопает ресницами, смущенно улыбается и поворачивается в указанном направлении. Зеркало отражает бледное личико с яркими следами чернил на обеих щеках. Луна старательно оттирает их и моет перепачканные руки. А когда оборачивается снова к профессору, то видит, что на столе волшебным образом появились две чашки, пузатый заварочный чайник и целая вазочка самых разных сладостей: разломанного на кусочки шоколада, конфет в шуршащих ярких обертках, всевозможных печенек и даже мармелада. Девушка мечтательно улыбается, потому что очень любит все эти вкусности.
  - Спасибо, - Полумна опускается на край стула и придвигает к себе большую чашку с горячим ароматным чаем. – Я ведь Вам не помешаю?
   Девушка пожимает плечами и прихлебывает чай из чашки, потом, так и не закончив разворачивать конфету в ярком фантике, которую минуту назад взяла из вазочки, поднимает глаза на профессора.
   - Мозгошмыги. Я сказала, что возле Вас их очень много. Это опасно, - девушка внимательно смотрит на мужчину. - Что-то случилось?

Отредактировано Luna Lovegood (2016-03-20 22:06:22)

0


Вы здесь » Chocolate Frogs » 1991 - 1995 гг. » Чай с мозгошмыгами


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC